АП-РО
Адвокатская Палата Ростовской Области
 
Статус и членствоГрафики дежурствБесплатная юрпомощь
Главная Издания палаты Периодические Южнороссийский адвокат № 1-2 (январь-март) 2008 г. Что делать, если человеку грозит применение принудительных мер медицинского характера

Что делать, если человеку грозит применение принудительных мер медицинского характера

20 ноября 2007 г. Конституционным судом РФ было вынесено Постановление, согласно которому ряд положений статей Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были признаны не соответствующими Конституции РФ.

Вынесенное Конституционным судом РФ 20.11.2007 г. Постановление №13-П о проверке конституционности ряда положений статей 402, 433, 437, 438, 439, 441, 444 и 445 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.Г. Абламского, О.Б. Лобашовой и В.К. Матвеева вносит серьезные изменения в существующую правоприменительную практику, касающуюся признания людей невменяемыми и применения к ним принудительных мер медицинского характера (ппмх).

Давно уже не секрет, что сам институт невменяемости и следующего за ней принудительного лечения широко использовался в различных целях, не связанных с действительным отправлением правосудия и установления истины по уголовному делу. В том случае, когда неким не чистым на руку представителям правоохранительной системы необходимо было произвести юридическую расправу с кем-либо, лучшего инструмента было просто не найти. По действовавшим до 20.11.2007 г. положениям УПК РФ, с момента принятия судом (а фактически и того раньше — с момента появления в уголовном деле) заключения врачей-психиатров о невменяемости субъекта, привлекаемого к уголовной ответственности (это прямо отмечено на стр. 12 Постановления №13-П), человек начисто утрачивал какую бы то ни было самостоятельность, и права за него с этого момента начинали осуществлять совсем другие люди. Причем, нередко это были люди, заинтересованные в самом неблагоприятном продолжении судьбы такого человека. С этого момента он не мог знакомиться с материалами своего же дела, заявлять какие бы то ни было ходатайства, самостоятельно выступать в суде, подавать от своего имени жалобы, в том числе и на решения суда о признании его невменяемым и применении к нему принудительных мер медицинского характера. И это происходило даже в том случае, когда само решение еще не вступило в законную силу. То есть: законность решения еще никто не проверил, а человек уже полностью утрачивал уголовно-процессуальную дееспособность.

Развитие судьбы человека, подобное тому, что описано выше, можно обнаружить, в том числе, и у тех людей, чьи жалобы рассмотрел Конституционный суд по данному делу.

После применения принудительных мер медицинского характера, человек, к которому они применялись, не мог самостоятельно подать в суд заявление о прекращении ппмх или об изменении их режима (к примеру, о переводе человека на амбулаторный характер психиатрического воздействия со стационарного). И в этом случае он попадал в полнейшую зависимость от администрации психиатрического заведения, применявшего к нему соответствующие меры. Малейшая нелояльность к существующим там порядкам, любой пустяковый конфликт могли самым тяжелым образом сказаться на сроке пребывания человека в психиатрическом заведении.

То есть положение дел было таковым, что заключение врача-психиатра о невменяемости человека переводило его из разряда субъекта права (того, кто мог действовать) в объект права (того, по отношению к которому действовали другие). И это при том, что сами психиатры-эксперты зачастую даже не показывались в судебном заседании — лишь присылали текст заключения по поводу состояния психики человека. А уж вызвать их или не вызвать для дачи пояснений по своему заключению и вообще для того, чтобы психиатру-эксперту можно было задать вопросы по тексту, проверить как таковую его компетентность и то, насколько он разобрался в сути дела, — это всецело зависело от воли судьи, ведущего процесс. Подать судье ходатайство о вызове в суд психиатра-эксперта могли лишь законный представитель (при условии, что его на самом деле назначили человеку) или адвокат. То есть человек не мог быть даже инициатором вызова в суд тех людей, которые сделали заключение о его состоянии.

Можно смело констатировать, что человек утрачивал сам доступ к правосудию.

С учетом всего описанного выше, признание соответствующих статей УК РФ неконституционными имеет большую ценность для возможности защиты людьми своих прав в уголовном процессе.

В самом Постановлении №13-П есть несколько аспектов, заслуживающих внимания для того, чтобы применять их на практике.

Важным представляется следующий вывод Конституционного суда, которым дается оценка доводов жалобы О.Б. Лобашовой относительно неопределенности понятия «психическое состояние». В ответ на это указано, что содержание данного понятия «конкретизируется судом в каждом уголовном деле на основе подтвержденных доказательствами фактических обстоятельств с помощью специальных познаний экспертов в области судебной психиатрии».

Думается, что данный вывод может быть оценен таким образом, чтобы настаивать в судебных делах, имеющих своим предметом вменяемость гражданина применительно к совершенному им деянию, на личном участии в таком деле таких психиатров-экспертов, которые дают заключение о невменяемости человека. Это является крайне важным аспектом, влияющим на законность принимаемых судом решений и на защиту прав людей от необоснованного применения к ним принудительных мер медицинского характера.

Исходя из выводов психиатров-экспертов о наличии или отсутствии улица психического расстройства и о существовании в связи с этим опасности причинения им вреда себе самому или другим лицам, суд устанавливает соответствующие изменения в психическом состоянии данного лица, выступающие в качестве правообразующих, правоизменяющих или правопрекращающих юридических фактов, и тем самым обеспечивает справедливое разрешение уголовного дела либо возникающих в связи с применением принудительных мер медицинского характера процессуальных вопросов.

Именно суд, исследуя вопрос о наличии оснований для применения, продления, изменения или прекращения применения к лицу принудительных мер медицинского характера, обязан проверить в судебном заседании обоснованность выводов специалистов-психиатров о наличии у лица психического расстройства и его возможных последствиях и в зависимости от психического состояния лица принять надлежащим образом мотивированное решение по делу.

То есть сам по себе текст заключения психиатров о невменяемости не должен рассматриваться как достаточное условие для признания человека невменяемым. Авторы заключения подлежат вызову в суд и допросу всеми участниками процесса относительно сделанных ими выводов и того, на каких основаниях эти выводы базируются.

Зачастую значение приобретает именно то, какие именно источники использовала комиссия психиатров для получения информации о человеке. Так, в одном из уголовных дел, где ставился вопрос о признании подсудимого невменяемым, в основу вывода об источнике его психической проблемности комиссия психиатров положила данные о том, что он был боксером и имел многочисленные сотрясения головного мозга. Однако когда это заключение прочитали те, кто знал подсудимого, они возмутились: он вообще не занимался боксом, и весь этот тезис не был основан на каких-либо фактах.

Другой пример: ссылка в заключении психиатров на то, что человек отвечает на вопросы невпопад, а то и вообще не отвечает. А в самом начале этого заключения указывается, что человек страдает тугоухостью. То есть поведение человека обусловлено совсем не психическими сложностями.

В заключении психиатров источники используемых ими сведений обычно не указываются. И если кто-либо из участников процесса не привлечет внимание суда к недостоверности фактов, это попросту остается незамеченным. Следует вспомнить, что сам человек, о котором идет речь, таким правом уже не пользуется. Поэтому данный вывод Конституционного суда следует весьма активно использовать для того, чтобы настаивать на обязательном вызове психиатров на судебное заседание с тем, чтобы они доказали правильность сделанных ими выводов.

Другой важный аспект вынесенного Постановления Конституционного суда от 20 ноября 2007 г. заключается в том, что суд прямо назвал те акты международного характера, которыми следует руководствоваться в делах, где рассматриваются правовые вопросы, связанные с психиатрией. Теперь можно прямо ссылаться на п.2 мотивировочной части Постановления, где названы следующие акты:

принципы защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи (приняты 17.12.1991 г. Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 46/119);

рекомендации Парламентской Ассамблеи Совета Европы 818 (1977) «О положении психически больных»;

рекомендации Комитета Министров Совета Европы №R (83)2 «Относительно правовой защиты лиц, страдающих психическим расстройством, которые были госпитализированы в принудительном порядке; №R (99)4 «О принципах, касающихся правовой защиты недееспособных взрослых» и Rec (2004) 10 «Относительно защиты прав человека и достоинства лиц с психическим расстройством».

Важно и то, что, как международные принципы, они имеют в случае противоречия с нашим российским законодательством преимущество перед ним. И теперь есть авторитетный источник в лице Конституционного суда РФ, который подтвердил их важную роль в решении вопросов, связанных с психиатрией.

Важно в свете принятых Конституционным судом резолюций произвести восстановление в правах тех людей, которые оказались жертвами неконституционного законодательства и психиатрических заключений — ведь фактически их число куда больше тех, кто добился рассмотрения Конституционным судом РФ жалоб на Уголовно-процессуальный кодекс. При рассмотрении дела в суде прозвучала цифра таких психиатрических заключений — несколько тысяч в год. И те люди, которые были лишены своей процессуальной дееспособности в этих тысячах дел, ничем не хуже заявителей и также нуждаются в том, чтобы им вернули все права, гарантированные Конституцией РФ и международным законодательством.

Юрий Ершов,
адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «Эксперт» (г. Екатеринбург),
кандидат юридических наук.

© Адвокатской палаты
Ростовской области, 2006
+7 (863) 282-02-08, 282-02-09,
344006, г. Ростов-на-Дону,
пр. Ворошиловский, 12, 2-й этаж

Герб Адвокатской палаты Ростовской области

Задать вопрос вице-президенту АП РО Панасюку С.В.

Рекомендации, разъяснения и заключения Научно-методического совета АП РО

Свежий номер журнала «Южнороссийский адвокат»

Подписка на «Новую адвокатскую газету»

Design by Vibe