АП-РО
Адвокатская Палата Ростовской Области
 
Статус и членствоГрафики дежурствБесплатная юрпомощь

Сергей Чаплин, прокурор Ростовской области...

Сергей Чаплин, прокурор Ростовской области: «Стремимся сконцентрировать работу по борьбе с коррупцией в единый механизм...»


Донской парламент работает над законопроектом «Об основных направлениях антикоррупционной деятельности в Ростовской области», представленным областной прокуратурой.


- Сергей Александрович, кому принадлежит идея подготовки областного законопроекта «Об основных направлениях антикоррупционной деятельности в Ростовской области»?


- Это наша инициатива, согласованная с Генеральной прокуратурой РФ. Поскольку единого федерального антикоррупционного закона на сегодняшний день нет, а ситуация в этом плане тревожная, подход такой: если активно будем работать на уровне региональном, то, возможно, подтолкнем федеральный центр к скорейшему принятию такого закона.


- То есть инициатива подготовки и принятия данного законопроекта - шаг политический?


- Нет, политических шагов мы не делаем, - это шаги правовые. Каждый человек в своей нише должен делать максимально возможное, чтобы общее дело двигалось вперед. Для этого мы и вышли с инициативой.


- Что, кроме отсутствия федерального антикоррупционного закона, вызывает озабоченность прокуратуры, правоохранительных органов в плане коррупции?


- На протяжении ряда лет в ходе прокурорских проверок выявляются факты коррумпированности в органах государственной власти и местного самоуправления: совмещение государственной и муниципальной службы с коммерческой деятельностью, вхождение руководящих работников органов местного самоуправления в число учредителей коммерческих структур, прием на муниципальную службу лиц, состоящих в родстве, и другие. В прошлом году в Ростовской области таких нарушений органами прокуратуры выявлено в 2 раза больше по сравнению с 2006 годом: 837 против 458.


В области сохраняется устойчивая тенденция роста выявляемых уголовных преступлений коррупционной направленности: с 221 в 2001 году до 345 - в 2007 году. Также увеличиваются показатели фактов коммерческого подкупа и взяточничества. В 2007 году количество таких преступлений увеличилось на 15 %.


- Ростовская область - не первая, где готовится такой закон?


- В 9-ти субъектах федерации аналогичные законы приняты (совсем недавно, например, - в Магаданской области), в 8-ми - находятся на стадии рассмотрения. То есть здесь мы не «впереди планеты всей». И подготовленный законопроект - это сочетание опыта других субъектов федерации и наших предложений. Несмотря на то, что законопроект находится на стадии рассмотрения, нами уже подготовлены некоторые поправки, обусловленные требованиями современной ситуации.


- Сергей Александрович, можно как-то емко сформулировать суть законопроекта?


- Самый тяжелый вид коррупционных преступлений - получение взяток, это уголовно наказуемое деяние. Но существует множество факторов, способствующих возникновению коррупции, так называемых коррупциогенных факторов (совмещение должностей, неподача справки о доходах государственных муниципальных служащих, издание нормативных и иных правовых актов в нарушение федерального законодательства и т. д.), и им надо поставить надежную преграду.


То есть я бы сказал так: одна из важнейших задач внесенного нами законопроекта - предупреждение проявлений, которые могут привести к факту коррупции. Закон нужен для того, чтобы мы имели возможность своими актами реагирования - представлениями, протестами - системно профилактировать и пресекать коррупционные проявления, не доводя их до уголовно наказуемых деяний.


Например, сегодня мы не вправе проводить антикоррупционную экспертизу законодательных актов областного и местного уровней, а это надо делать. Практика показывает, что наиболее удачными факторами предупреждения правонарушений, в том числе коррупционной направленности, является применение всех имеющихся правовых рычагов воздействия (дисциплинарных, административных, гражданско- и уголовно-правовых) и четкое нормативное регулирование общественных отношений во всех сферах жизнедеятельности, включая регламентацию вопросов профилактики.


Важно отметить, что закон не будет регулировать отношения, возникающие по поводу уголовно-правовой и гражданско-правовой ответственности за коррупционные правонарушения.


Принятие областного закона на уровне субъекта необходимо в первую очередь именно для создания нормативно-правовой базы и системного подхода в борьбе с коррупцией на территории области. Предложенные в тексте законопроекта дефиниции понятий «коррупции», «коррупционных правоотношений», их «субъектов» даны с учетом общепризнанных международных характеристик.


Если закон «заработает», то в Ростовской области будет создана четкая система мер предупреждения коррупционных правонарушений, разработан механизм взаимодействия всех органов и заинтересованных лиц по предотвращению коррупционных правонарушений.


Впоследствии наработанная практика позволит сформировать общественное правосознание на противодействие коррупции, что в последующем будет способствовать правовому воспитанию населения.


- Учтено ли в законопроекте то, о чем много пишут в СМИ: «продвинутые» коррупционеры предпочитают в последнее время принимать незаконные решения коллегиально, разделяя тем самым ответственность и - что особенно важно - размывая персональную заинтересованность в решении того или иного вопроса?


- Безусловно. Реализация положений предложенного нами законопроекта, влекущая за собой проведение антикоррупционных мониторинга и экспертизы правовых актов, позволит оценивать с точки зрения соответствия закону любой правовой акт, в том числе принимаемый коллегиально.


Хочу подчеркнуть, что законопроект предусматривает проведение антикоррупционной экспертизы правовых актов и по инициативе общественных и других негосударственных объединений и физических лиц, а это даст возможность выявлять незаконные правовые акты и, как я говорил ранее, создать атмосферу неприятия к проявлениям коррупции у граждан.


- Предложены ли какие-либо новации?


- В качестве нововведений, реализация которых возможна в субъекте, мы предложили обязательную разработку и реализацию антикоррупционных программ, антикоррупционную экспертизу правовых актов и их проектов и образование компетентного органа в Ростовской области, организующего эту работу.


- Что это за компетентный орган?


- Мы полагаем, что специальный орган Ростовской области, осуществляющий антикоррупционную деятельность, будет аккумулировать данные о коррупционных проявлениях, поступивших от общественных организаций, СМИ, субъектов предпринимательской деятельности и граждан; на основе их анализа организовывать проверки совместно с компетентными органами с целью привлечения к предусмотренной законом ответственности виновных лиц, а также проводить профилактические мероприятия.


- Сергей Александрович, сегодня первые лица страны публично говорят о высоком уровне коррупции. Или вот, например, в журнале «Южнороссийский адвокат» № 1-2,2008 автор пубикации «Неопределенность в вопросах правовой определенности» г-н Трунов, доктор юридических наук, вице-президент Федерального союза адвокатов России, ссылается на г-на Буксмана, заместителя Генерального прокурора РФ, который считает, что объем коррупции сопоставим с размером федерального бюджета. Да и вы в начале беседы сказали, что ситуация вызывает озабоченность. Но тогда должны быть, наверное, какие-то факты, раскрытые дела... Где они?


- Не могу комментировать выступления, которых не читал, могу говорить только о ситуации на региональном уровне. Ежемесячно, если не еженедельно, мы имеем такие факты.


- Скажите, есть какие-то законодательно непрописанные моменты, которые вам мешают работать? Как говорится, око видит, да зуб неймет...


- Мы не говорим о наличии пробелов в законодательстве, мешающих нам работать, а стремимся сконцентрировать работу по борьбе с коррупцией в единый механизм, то есть четко работающую систему взаимодействия правоохранительных органов, органов власти и всех слоев общества.


- Сергей Александрович, пожалуйста, сформулируйте свое мнение. Для сотрудника правоохранительных органов, следствия за рубежом допущенный им факт, скажем, необоснованного ареста или обвинения будет концом карьеры или, по меньшей мере, громким предупреждающим об этом звонком. Достанется всей цепи участников обвинения. У нас в этом смысле - никакой публичности. А ведь отсутствие публичности - это тоже предпосылка к коррупции, да и не только к коррупции.


Закладывается ли в законопроекте нечто, что ужесточает некую публичную, гражданскую ответственность сотрудников прокуратуры, СК, милиции и т. д. за допущенные ошибки в антикоррупционной работе? Может быть, сообщая о том, что гр-н Иванов арестован (обвинен) по факту получения взятки, надо обязательно озвучивать фамилию следователя, принявшего решение о возбуждении уголовного дела, и фамилию судьи, подписавшего судебное решение об аресте? Ведь даже журналист, сообщающий о факте коррупции со слов прокурора или следователя, ставит свою подпись, но умалчивает о фамилиях тех, кто принял решение, - почему? Что за секреты? Между тем, нормальная практика подачи информации такова: следователь Петров принял решение о возбуждении уголовного дела по факту такому-то, судья Сидоров определил такую-то меру пресечения обвиняемому во взятке Иванову... Вот тогда есть какая-то гражданская ответственность.


Существует какая-то цивилизованная практика на этот счет?


- За перечисленные вами деяния, как-то: привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, незаконные задержание, заключение под стражу или содержание под стражей, вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта, Уголовным кодексом РФ предусмотрена уголовная ответственность.


Что касается того, что при сообщении в СМИ о факте ареста или обвинения «гр-на Иванова» не указывается фамилия сотрудника правоохранительного органа, принявшего соответствующее решение, обращаю ваше внимание на следующее: фамилии лиц, привлекающихся к уголовной ответственности либо осужденных приговором суда, озвучиваются лишь после вступления обвинительного приговора в законную силу. Публичное же разглашение данных о лицах, проводящих предварительное расследование, может привести к возможности осуществления давления на них и к нарушению тайны следствия (из этого же вытекает и то, почему мы не озвучиваем и ФИО лица, привлекаемого к уголовной ответственности).


- И еще вопрос - с целью просветительства. С изменением функций прокуратуры и созданием Следственного комитета обыватель (могу судить по себе) запутался: кто возбуждает уголовное дело? кто расследует? кто принимает решение о мере пресечения?


- Если в ходе прокурорских проверок выявляются факты уголовно наказуемых деяний, - мы готовим соответствующие постановления и материалы проверки передаем в органы предварительного расследования в соответствии с их компетенцией, в том числе и в Следственный комитет.


Уголовные дела коррупционной направленности расследуются следователями следственных отделов как при ГУВД РО, так и следователями Следственного комитета при прокуратуре РФ. Мера пресечения (в виде залога, домашнего ареста, заключения под стражу) определяется исключительно по судебному решению. Такая мера пресечения, как подписка о невыезде, может быть избрана и следователем.


Обязанность осуществления уголовного преследования по уголовным делам публичного обвинения, к числу которых относятся преступления коррупционной направленности, возложена законом на прокурора, следователя.


Хочу отметить, что понятие «коррупция» более широкое, чем «взятка». Коррупция - это подкуп (либо другие материальные заинтересованности) лиц, обладающих определенными полномочиями. К преступлениям коррупционной направленности, помимо взятки, относятся служебный подлог, мошенничество, злоупотребление должностными полномочиями из корыстной или иной заинтересованности, превышение должностных полномочий, нецелевое расходование бюджетных средств, нецелевое расходование средств государственных и внебюджетных фондов и другие.


В настоящее время на основании приказов генерального прокурора РФ в прокуратурах субъектов Российской Федерации образованы и начали функционировать отделы по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции. Их деятельность направлена на реализацию комплекса мер по противодействию коррупции и мониторинг ее проявлений. Такой отдел создан и в прокуратуре Ростовской области.


- Какова прекращаемость уголовных дел прокурорской подследственности?


- Не более 5 процентов. Это показатель качественной работы на момент возбуждения уголовного дела.


- Но за рубежом нормальной срезовой цифрой считается около 20 процентов. А 5 процентов говорят об обвинительном уклоне.


- Вы прекрасно знаете поговорку: два юриста - четыре мнения. Каждый юрист имеет право на свою точку зрения.


На мой взгляд, большой процент прекращаемости уголовных дел - это результат некачественно проведенной первичной проверки, последствием чего дело возбуждается формально, а потом выясняется, что вины нет.


Возбуждение дел по такому принципу - это, по-моему, непрофессионально.


- Федеральные СМИ сообщают о проекте создания Федеральной службы расследований. Что вы можете сказать по этому поводу?


- Законопроект я не видел, и комментировать мне нечего. Но разговор об этом ведется, он шел еще с середины 90-х годов, и, возможно, намерение будет реализовано. Плохо это или хорошо - покажет практика. Лично у меня пока однозначной оценки нет.


Вела беседу Ирина Нестеренко.


P. S. Какие выводы можно сделать из всего этого? Как минимум, два простых. Очевидно, реально вырастет роль юридических служб органов власти всех уровней, и исчезнет принятая во многих госучреждениях привычка приносить на подпись документы, не оставляя их для внимательного прочтения руководством, а пытаясь получить подпись сразу, стоя, как говорится, над душой: «Да вы просто подпишите, здесь все нормально...»

© Адвокатской палаты
Ростовской области, 2006
+7 (863) 282-02-08, 282-02-09,
344006, г. Ростов-на-Дону,
пр. Ворошиловский, 12, 2-й этаж

Герб Адвокатской палаты Ростовской области

Задать вопрос вице-президенту АП РО Панасюку С.В.

Рекомендации, разъяснения и заключения Научно-методического совета АП РО

Свежий номер журнала «Южнороссийский адвокат»

Подписка на «Новую адвокатскую газету»

Design by Vibe