АП-РО
Адвокатская Палата Ростовской Области
 
Статус и членствоГрафики дежурствБесплатная юрпомощь

Доказательства должны быть наглядны

Доказательства должны быть наглядны и понятны для присяжных заседателей

Михаил Грановский, адвокат РОКА, филиал «Центр»
Роман Кржечковский, адвокат РОКА «Ростовский правовой центр»

ОТ РЕДАКЦИИ.

Разговаривая о нашем журнале с известным ростовским адвокатом Владимиром Лившицем, мы пришли к выводу о том, что для многих адвокатов самое ценное в журнале - адвокатская практика, живые примеры нестандартных адвокатских подходов к тому или иному делу; причем, из первых уст.

«Адвокатская практика» - не новая для нас рубрика, но мы намерены все больше развивать ее, предлагая сотрудничество всем, кому есть о чем рассказать коллегам.

Возрождение суда присяжных в России явилось большим и значительным шагом в развитии нашей судебной системы в плане ее совершенствования и демократизации. Однако, чем демократичнее любая система, тем большая моральная и профессиональная ответственность ложится на ее участников, всех лиц, в нее вовлеченных. Нам кажется, что это утверждение в полной мере относится и к институту суда присяжных.

Действительно, если мы говорим о самих присяжных заседателях, то эти, далекие от юриспруденции люди становятся непосредственными участниками судебного процесса. И не в роли свидетелей, а именно в роли судей! Как важно, чтобы они с самого начала процесса добросовестно и ответственно отнеслись к своим обязанностям, чтобы могли в полной мере вместе с другими участниками процесса исследовать приведенные сторонами доказательства и, что самое главное, объективно их оценить.

И в этом присяжным призваны помочь участвующие в процессе профессиональные юристы - председательствующий по делу судья, а также представители обвинения и защиты. Причем, если судья, как ему и положено, находится «над схваткой» и обеспечивает законность течения процесса, то стороны обвинения и защиты заняты, пожалуй, главным - представлением доказательств. А именно совокупность представленных присяжным доказательств и является тем «материалом», из которого впоследствии будет создан вердикт коллегии - основа приговора.

Но собрать доказательства - это только половина дела. Надо их представить присяжным так, чтобы эти люди в полной мере и должным образом усвоили их и оценили, чтобы доказательства не прошли мимо их внимания и были пищей для обсуждения в совещательной комнате. И, наконец, чтобы эти доказательства легли в основу вердикта - зрелого, ответственного и лишенного каких-либо колебаний решения коллегии присяжных заседателей. Это, как нам кажется, и является основной составляющей профессионализма прокурора и адвоката, работающих в процессе с участием коллегии присяжных заседателей.

Первые, правда, зачастую негативно относятся к институту суда присяжных, и это понятно. Введение данного института не принесло прокуратуре ничего, кроме лишних хлопот в виде затянувшихся сроков рассмотрения дел и появления оправдательных приговоров. Любимый довод противников суда присяжных: «правосудие не могут вершить люди, не являющиеся юристами, далекие от юриспруденции». На наш взгляд, именно такие люди и должны вершить наше с вами правосудие - не ангажированные, не оглядывающиеся на чины и указания, выносящие решения не с точки зрения «целесообразности и учета общественно-политического момента», а на основе житейской мудрости и человеческой справедливости.

Мы, профессиональные юристы, должны помочь присяжным в их работе, а для этого мы должны максимально понятно и конкретно донести до их сознания не только нашу позицию, но и все обстоятельства рассматриваемого уголовного дела. Подчас над этим приходится всерьез поломать голову, применять какие-то нестандартные, нетрадиционные решения.

Не претендуя на звание «изобретателей» и абсолютную новизну метода, тем не менее, мы хотим рассказать об одном уголовном деле, в слушании которого нам довелось участвовать в Ростовском областном суде.

Данное дело слушалось с участием коллегии 1 I присяжных заседателей. Защиту, кроме нас, осуществляли адвокаты Адвокатской палаты Ростовской области Чернышева С.В. и Куюмджи А..Б. Впоследствии вместо адвоката Чернышевой С.В. в дело вступила адвокат Сахарова Н.В.

Согласно версии обвинения, граждане «К-ев», «К-ко» и «В-ко» в июне 1999 года в городе Новочеркасске совершили умышленное убийство гражданина «Н» при следующих обстоятельствах. «В-ко», в соответствии с отведенной ему ролью, будучи бывшим сотрудником уголовного розыска, используя свои специальные познания и навыки в осуществлении оперативно-розыскной деятельности, негласно провел наблюдение за «Н», изучил распорядок его дня, маршруты его передвижения,

месторасположение его дома в центре города Новочеркасска и прилегающей местности. Собранную информацию «В» передал «К-еву» и «К-ко», которые, во исполнение задуманного, вооружившись автоматами Калашникова, действуя согласованно, в ночь с 5 на 6 июня 1999 года, скрытно проникли во двор принадлежащего «Н» домовладения и заняли удобную для прицельной стрельбы позицию. По версии обвинения, эта позиция находилась на крыше примыкающего к ограде домовладения гаража. При этом «К-ко» осуществлял наблюдение за окружающей обстановкой, а «К-ев» привел оружие в боевую готовность и приготовился к производству выстрелов. 6 июня 1999 года около 1 часа 40 минут при появлении «Н» во дворе домовладения «К-ев» произвел в него из автомата не менее 13 выстрелов, чем причинил «Н» множественные огнестрельные пулевые ранения, в результате чего потерпевший скончался при транспортировке в больницу. Подсудимые же, непосредственно после выстрелов, по гребню забора, окружавшего домовладение «Н» (!), выбежали на улицу, сели в свою автомашину, стоявшую у ворот этого домовладения (!!!), и уехали.

Мы осуществляли защиту подсудимых «К-ко» и «В-ко», которые так же, как и подсудимый «К-ев», в ходе предварительного и судебного следствия свою вину в убийстве «Н» категорически отрицали. При этом подсудимые настаивали на том, что во время убийства «Н» находились в других частях города Новочеркасска.

Рассмотрение данного дела в суде сильно затянулось, в основном из-за его большого объема. Было необходимо вызвать и допросить 120 свидетелей и потерпевших, изучить материалы, содержащиеся в 33 томах дела, несколько из которых составляли только экспертизы. Процесс длился 14 месяцев, и было необходимо в течение всего этого времени сохранять и поддерживать живой, активный интерес коллегии присяжных к происходящему в заседании, цельность восприятия картины происшедшего. Необходимо было добиться, чтобы в памяти присяжных заседателей хорошо запечатлелись не только обстоятельства предъявленного обвинения, но и детали места происшествия.

С этой целью нами в одной из войсковых частей топографической службы Северо-Кавказского военного округа был заказан макет места происшествия в городе Новочеркасске, изображающий домовладение потерпевшего «Н» и прилегающий участок местности, включая улицы, проезды, дворы, строения и зеленые насаждения. Макет был изготовлен специалистами соответствующей воинской части с соблюдением строгих требований к масштабу (в масштабе 1 сантиметр = 1 метр) и представлен председательствующему судье.

Здесь необходимо отдельно остановиться на том, как собирались фактические данные, необходимые для изготовления макета. Всю работу по собиранию этих данных мы взяли на себя. При этом наши действия не должны были противоречить требованиям процессуального закона, иначе плод наших стараний, макет места происшествия, неизбежно был бы признан недопустимым доказательством и не был бы допущен к предъявлению присяжным заседателям.

Уголовно-процессуальным законом Российской Федерации не предусмотрены действия защитника, направленные на изготовление макета места происшествия. Однако мы руководствовались положениями пункта 11 части 1 статьи 53 УПК РФ о том, что защитник вправе использовать при защите иные, не запрещенные законом средства и способы защиты. С учетом этого мы заключили договор с командованием соответствующей войсковой части, предусматривающий изготовление макета определенного участка местности в масштабе. Мы добились разрешения бывшей супруги погибшего «Н», гражданки «Б», на посещение домовладения и проведение соответствующих замеров, а также видео- и фотосъемки. Все эти действия производились в присутствии «Б» и с участием офицера соответствующей войсковой части. При этом съемка производилась как внутри домовладения, так и из окружающих его домов. Работа на местности заняла примерно около десяти дней. Сам макет изготавливался примерно около одного месяца.

Макет был такого размера, что в ростовский областной суд его пришлось везти на машине, а заносить в здание суда усилиями двух адвокатов. В судебном заседании нами было заявлено ходатайство о приобщении макета к материалам дела в целях использования его при допросах подсудимых, потерпевших (родственников погибшего) и свидетелей.

Свое ходатайство мы обосновывали тем, что использование при допросах макета места происшествия позволит присяжным заседателям наиболее полно, наглядно и объективно оценить показания допрашиваемых лиц, а также тем, что, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 81 УПК РФ, данный макет является наглядным средством для установления обстоятельств уголовного дела, естественно, при полном соответствии его реальной обстановке домовладения «Н».

При обсуждении заявленного ходатайства в отсутствие коллегии присяжных заседателей были допрошены родственники «Н», которые, внимательно и даже придирчиво осмотрев макет, подтвердили его полное соответствие тем объектам, которые были на нем изображены, включая расположение объектов и их пропорции. Указанные лица не возражали против приобщения макета к материалам дела. Приняв во внимание мнение сторон и не согласившись с возражениями государственного обвинителя, суд принял решение о приобщении макета к материалам дела.

С этого момента исследование всех доказательств (как защиты, так и обвинения) по данному эпизоду проводилось с использованием в заседаниях приобщенного нами макета. И с каждым новым исследованным доказательством становилось яснее и отчетливее видно: обстоятельства, изложенные по версии обвинения, не находят своего логического подтверждения на месте преступления. Более того, версия обвинения выглядела все более неправдоподобной.

Принимая во внимание формат настоящей статьи и объем исследованных нами за 14 месяцев доказательств, мы, безусловно, не сможем проанализировать здесь большинство из них. Да в этом и нет необходимости. Но вот некоторые из них.

На макете присяжным было четко видно, что, по версии обвинения, приехавшие убивать «Н» подсудимые «К-ев» и «К-ко» свою машину оставили прямо у ворот дома будущей жертвы, мимо которых «Н» должен был неизбежно проехать, возвращаясь домой.

Спрашивается: зачем? На этот вопрос защитники не без доли иронии ответили в прениях: наверное, для того, чтобы подъехавший к дому «Н», много лет знакомый с подсудимыми, знал, кто сидит в засаде у него во дворе с целью его убийства. При этом надо учесть, что «Н» подъехал к дому не один, а с женой и знакомыми - потенциальными свидетелями. А машину эту, кстати, никто из свидетелей не видел.

По утверждению обвинения, подсудимые после совершения убийства по гребню забора домовладения «Н» прибежали к своей машине. На предварительном следствии даже был произведен следственный эксперимент - статиста заставляли по секундомеру бегать по гребню этого забора, и это послужило доказательством правоты обвинения.

Не было бы макета, присяжные заседатели наверняка поверили бы в правдоподобность такой версии обвинения, и защите нечем было бы ее опровергнуть, кроме показаний подсудимых «К-ко» и «К-ева» о том, что они не совершали убийства. Зато на макете было наглядно показано, что собой представляет этот забор - высотой три метра, на гребне его выполнено закругление из раствора, и практически на всем протяжении на него свешиваются ветки крон деревьев, растущих вдоль забора. Более того, на одном из участков кирпичный забор вообще заменен профнастилом - полосой металла. Может быть, в дневное время, когда проводился эксперимент, бежать по такому забору и возможно, но вряд ли это можно сделать ночью, в кромешной темноте.

Может возникнуть вопрос: почему подсудимым приписывались столь странные действия? Все просто: место у ворот домовладения «Н» в ночное время -единственное освещенное. Только там подсудимых могла «совершенно случайно» заметить и опознать впоследствии некая свидетель «М», засекреченная на следствии под псевдонимом (ее показания были оглашены в заседании). Она, якобы, во время убийства «Н» сидела у мусорных баков, расположенных недалеко от домовладения. Эти баки тоже изображены на макете. Однако допрошенные с использованием макета свидетели, находившиеся в момент убийства на улице, показали, что никого около баков не видели. Равно как не видели и бегущих с автоматами наперевес киллеров.

Дававшая в ходе предварительного следствия довольно стройные показания свидетель обвинения «Ф», при допросе ее с использованием макета местности, стала путаться в показаниях, противоречить себе, не смогла внятно на макете описать те обстоятельства, о которых давала показания. И это невзирая на то, что она проживает в соседнем доме.

Вместе с тем на макете четко видно, что, исходя из расположения окружающих улиц, дворов и домов, у убийц было множество других, действительно удобных и скрытных, путей отхода от домовладения «Н», по которым они безопасно могли уйти незамеченными. И они не могли этого не знать, если, как утверждало обвинение, их сообщник, отставной сыщик уголовного розыска, так долго следил за потерпевшим и планировал его убийство.

Кстати, работа с использованием макета места происшествия наглядно показала, как можно полностью опровергнуть показания свидетеля (свидетеля «М»), неподтвержденные другими материалами дела.

А еще на макете видно, что та самая «удобная для стрельбы позиция», которую, по мнению обвинения, заняли подсудимые, находится практически над вольером, в котором содержались два злобных сторожевых ротвейлера хозяина. Это, видимо, говорит о скрупулезной продуманности деталей убийства, и за это должно быть отдельное спасибо сыщику-консультанту.

Только вот что повергает в сомнения... Исходя из картины, нарисованной обвинением, убийцы, сидя ночью над головой сторожевых собак и ожидая их хозяина, вели себя очень раскованно. Курили (правда, слюна на обнаруженном окурке им не принадлежит), болтали по мобильному телефону (установлено, что именно в это время подсудимый «К-ко» говорил по своему телефону), потом даже стали стрелять в потерпевшего. А собаки все это время не лаяли, молчали. Удивительно, если принять во внимание, что в доме «Н» подсудимые никогда не были и для собак были «чужими».

А еще в судебном заседании был допрошен эксперт-криминалист, который, опираясь, в том числе, на данные макета, категорически заявил: при таких обстоятельствах и при таком взаиморасположении участников происшествия ранения, описанные в заключении судебно-медицинского эксперта, потерпевшему причинены быть не могли.

Пожалуй, достаточно и этих примеров, список их можно продолжать. В числе прочих доводов приобщенный к делу макет места происшествия и прилегающей местности помог нам наглядно продемонстрировать присяжным свою позицию и обосновать ее. И мы рады, что присяжные единогласно и полностью разделили с нами нашу позицию о полной невиновности наших подзащитных. Что и удостоверили своим оправдательным вердиктом от 31 августа 2007 года.

К сожалению, по формальным юридическим основаниям, постановленный по этому вердикту оправдательный приговор был отменен, и дело было возвращено на новое рассмотрение. И снова кропотливая работа по исследованию доказательств в присутствии новой коллегии присяжных заседателей. Снова работа с использованием несколько обветшавшего за годы макета места происшествия. И снова оправдательный вердикт уже второй коллегии присяжных заседателей от 2 сентября 2008 года, по которому через неделю был вынесен второй оправдательный приговор по этому делу. И снова кассационное представление прокурора об отмене этого приговора и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

Однако, согласно определению Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2008 года, оправдательный приговор в отношении наших подзащитных «К-ко» и «В», а также других подсудимых, вступил в законную силу.

© Адвокатской палаты
Ростовской области, 2006
+7 (863) 282-02-08, 282-02-09,
344006, г. Ростов-на-Дону,
пр. Ворошиловский, 12, 2-й этаж

Герб Адвокатской палаты Ростовской области

Задать вопрос вице-президенту АП РО Панасюку С.В.

Рекомендации, разъяснения и заключения Научно-методического совета АП РО

Свежий номер журнала «Южнороссийский адвокат»

Подписка на «Новую адвокатскую газету»

Design by Vibe