АП-РО
Адвокатская Палата Ростовской Области
 
Статус и членствоГрафики дежурствБесплатная юрпомощь

Дисциплинарная практика


Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского облсуда признала решение Совета АП РО о прекращении статуса адвоката законным, не усмотрев нарушений порядка привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности

 

Дело № 33 - 884/2014

Апелляционное определение (с сокращениями)

 

10 февраля 2014 года Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего судьи Порутчикова И.В., судей Чайка Е.А., Шикуля Е.В., при секретаре Головане P.M., заслушав в судебном заседании по докладу судьи Чайка Е.А. дело по апелляционной жалобе Адвокатской палаты Ростовской области на решение Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 6 ноября 2013 года

 

установила:

 

О. обратился в суд с иском о восстановлении статуса адвоката.

 

В обоснование своих требований заявитель указал, что решением Совета Адвокатской палаты Ростовской области от 23 августа 2013 года он был лишен статуса адвоката по двум дисциплинарным производствам: по жалобе матери и сына М-х. - на некачественную защиту М-ва В.А.; по заявлению прокурора г. Волгодонска Ростовской области Вихтинского Н.Н. - на нарушения, допущенные при проверке показаний на месте с участием обвиняемого Ф-ва Р.В. по части 1 статьи 158 УК РФ.

 

Заявитель считает, что Советом Адвокатской палаты при вынесении решения о лишении его статуса адвоката не было учтено, что М-вы, подписавшие составленную их адвокатом З-ким Г.Е. жалобу, в которой было указано, что он никакой юридической помощи сыну М-вой не оказал, были введены последним в заблуждение по поводу того, что жалоба является позицией защиты М-ва В.А. и благотворно повлияет на рассмотрение апелляционной жалобы. Впоследствии М-ва принесла ему официальные извинения.

 

Что касается второго дисциплинарного производства, то Ф-в Р.В. на протяжении всего следствия признавал вину в краже, и о том, что это самооговор стало известно позже. Проверка показаний Ф-ва Р.В. на месте проходила в отсутствие заявителя, так как он опоздал. Несмотря на то, что О. при проведении проверки не присутствовал, он протокол проверки подписал, т.к. Ф-ев Р.В. и все участники следственного действия пояснили, что оно прошло нормально.

 

На заседании Адвокатской палаты он находился в болезненном состоянии, поэтому не мог донести до членов Совета свою позицию. Заявитель также указал, что Советом не было учтено, что адвокатом он работает с 1 марта 1987 года, пользуется уважением, является ветераном труда, награжден знаками отличия, является инвалидом 2 группы, болен онкологическим заболеванием и проходит химиотерапию.

 

По этим основаниям заявитель просил восстановить его статус адвоката Адвокатской палаты Ростовской области.

 

Решением Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 6 ноября 2013 года исковые требования О. удовлетворены. Суд признал незаконным решение Совета Адвокатской палаты Ростовской области от 23 августа 2013 года о лишении О. статуса адвоката и восстановил О. в статусе адвоката Адвокатской палаты Ростовской области.

 

При этом судом первой инстанции установлено, что О. являлся адвокатом Адвокатской палаты Ростовской области, осуществлял адвокатскую деятельность в рамках адвокатского кабинета О. в г. Волгодонске.

 

14 июня 2013 года в отношении О. Адвокатской палатой Ростовской области было возбуждено дисциплинарное производство в связи с нарушением статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской длительности и адвокатуре в Российской Федерации» и статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившемся в незаконном принятии поручений на защиту М-ва В.А, и Ф-ва Р.В., а также в подписании протокола проверки показаний Ф-ва Р.В. на месте при отсутствии адвоката при проведении данного следственного действия.

 

24 июля 2013 г. квалификационная комиссия Адвокатской палаты Ростовской области вынесла заключение о наличии в действиях адвоката О. нарушений требований пунктов 1, 4 части 1 статьи 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», пункта 1 статьи 8 и пункта 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката. 23 августа 2013 г. решением Совета Адвокатской палаты РО прекращен статус адвоката О.

 

Суд установил, что при определении меры дисциплинарной ответственности Совет принял во внимание, что адвокат в течение длительного времени систематически нарушает нормы законодательства об адвокатской деятельности, в связи с чем неоднократно привлекался к дисциплинарной ответственности. 1 марта 2013 года О. был привлечен к дисциплинарной ответственности за аналогичное нарушение, и дисциплинарное взыскание не погашено.

 

О., по существу не отрицая фактов нарушений, указал на необоснованность применения столь сурового наказания, как лишение статуса адвоката.

 

Исследовав обстоятельства, послужившие основанием для возбуждения дисциплинарного производства, суд пришел к выводу, что при назначении О. дисциплинарного взыскания в виде лишения статуса адвоката Адвокатской палатой не были учтены все обстоятельства совершения им проступков, иные существенные обстоятельства, данные о личности адвоката.

 

Так, Советом не учтено, что по факту осуществления защиты М-ва В.А. истец выполнил свои профессиональные обязанности в полном объеме, в соответствии с требованиями законодательства, каких-либо вредных последствий от его деятельности не наступило. Конфликт в отношении предъявления Ф-ву В.А. необоснованного обвинения наступил вследствие действий Ф-ва В.Д., допустившего самооговор. Истец работает адвокатом с 1987 года, является ветераном труда, инвалид 2 группы по онкологическому заболеванию.

 

При таких обстоятельствах суд посчитал, что исковые требования О. подлежат удовлетворению, при этом признал незаконным решение Совета Адвокатской палаты Ростовской области от 23 августа 2013 года о лишении О. статуса адвоката и восстановил О. в статусе адвоката Адвокатской палаты РО.

 

В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения со ссылками на то, что вывод суда о необоснованности и чрезмерности применения к О. меры дисциплинарной ответственности в виде лишения статуса адвоката не соответствует фактическим обстоятельствам дела и противоречит закону.

 

Как указывает заявитель, О. были допущены грубые нарушения положений пункта 1 статьи 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», пункта 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики и решения Совета Адвокатской палаты РО от 8 января 2003 года № 1, выразившиеся в незаконном принятии поручения на защиту М-ва В.А. и Ф-ва Р.В., не будучи дежурным адвокатом, при отсутствии соглашений об оказании юридической помощи.

 

Кроме того, в нарушение пункта 1 части 1 статьи 7 ФЗ от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», пункта 1 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, 17 апреля 2013 года, осуществляя в порядке статей 50, 51 УПК РФ защиту Ф-ва Р.В. на стадии предварительного расследования, О. подписал протокол проверки показаний на месте, фактически не принимая участия в производстве данного следственного действия, тем самым пособничал фальсификации следователем процессуальных доказательств вины своего подзащитного, что повлекло нарушение прав обвиняемого Ф-ва Р.В., который, согласно выводам прокурорской проверки, в момент инкриминируемого ему преступления отбывал наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строго режима, что исключало его причастность к совершению данного деяния.

 

По мнению апеллянта, судом осуществлена переоценка выводов квалификационной комиссии и решения Совета палаты, что недопустимо в силу принципа независимости адвокатуры. В ходе дисциплинарного производства процедурных нарушений допущено не было. Заключение квалификационной комиссии отвечает требованиям пункта 14 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката. Меры дисциплинарной ответственности приняты в пределах сроков, установленных пунктом 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики. Выводы квалификационной комиссии и Совета палаты соответствуют действительности и подтверждаются надлежащими доказательствами, а примененная в отношении истца крайняя мера дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката соразмерна степени тяжести совершенных проступков, учитывает все существенные обстоятельства, и в данном случае является единственно возможной.

 

В жалобе также указано на то, что суд допустил нарушения процессуального характера, вышел за пределы заявленного иска, т.к. требований о признании незаконным решения Совета палаты о прекращении статуса адвоката истец не заявлял.

 

В приобщенных к материалам дела возражениях на апелляционную жалобу О. просит оставить решение без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав представителя Адвокатской палаты Ростовской области Фадеева Д.М., О., исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

 

... Как следует из решения Совета Адвокатской палаты Ростовской области от 23 августа 2013 года, основанием для прекращения статуса адвоката О. послужило нарушение им пунктов 1, 4 части 1 статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», пункта 1 статьи 8 и пункта 6 статьи 15 Кодекса профессиональной этики адвоката: недобросовестное и неквалифицированное исполнение своих профессиональных обязанностей, неоднократное нарушение решения Совета Адвокатской палаты Ростовской области от 8 января 2003 года о порядке оказания юридической помощи гражданам по назначению органов следствия и суда.

 

Принимая решение, суд исходил из того, что О. не отрицал фактов совершения вменяемых ему в вину нарушений, но полагал, что примененная к нему мера ответственности является чрезмерно суровой.

 

Из части 2 статьи 7 ФЗ от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» следует, что за неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную указанным Федеральным законом.

 

Статья 18 Кодекса профессиональной этики адвоката предусматривает, что нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом (пункт 1).

 

Меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными разделом 2 настоящего Кодекса. Применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности, включая прекращение статуса адвоката, является предметом исключительной компетенции Совета.

 

При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения (пункт 4).

 

Как следует из представленных доказательств, оспариваемая заявителем мера дисциплинарной ответственности применена к адвокату О. Советом Адвокатской палаты Ростовской области с учетом того, что он допустил грубое нарушение требований вышеуказанных нормативных правовых актов, тяжесть которого выражается в недобросовестном, формальном отношении к своим профессиональным обязанностям. При избрании меры дисциплинарной ответственности Советом принято во внимание то, что адвокат О. на протяжении длительного времени систематически нарушает нормы законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, в том числе не исполняет решение Совета Адвокатской палаты РО от 8 января 2003 г. «О порядке оказания юридической помощи по назначению органов предварительного следствия, прокуратуры и суда», в связи с чем неоднократно (28 декабря 2005 г., 4 июля 2008 г., 1 марта 2013 г.) привлекался к дисциплинарной ответственности. При этом объявленное О. 1 марта 2013 г. предупреждение на момент применения оспариваемой меры дисциплинарной ответственности не погашено.

 

Характер противоправных и аморальных действий адвоката, выразившихся в подписании сфальсифицированного процессуального документа, в результате чего его подзащитный при очевидной невиновности подвергнут уголовному преследованию, свидетельствует о совершении им проступка, не совместимого со статусом адвоката.

 

Учитывая, что определение меры дисциплинарной ответственности является предметом исключительной компетенции Совета адвокатской палаты, и материалами дела подтверждается, что решение Совета Адвокатской палаты РО о применении такой меры дисциплинарной ответственности, как лишение истца статуса адвоката, принято с учетом юридически значимых для дела обстоятельств, является результатом взвешенного подхода к оценке действий истца, его предшествующего поведения и отношения к исполнению своих профессиональных обязанностей, судебная коллегия полагает, что вывод суда о несоразмерности примененного взыскания тяжести совершенного проступка нельзя признать соответствующим закону и обоснованным.

 

Ссылки суда на то, что предъявление обвинения Ф-ву В.А. было обусловлено допущенным им самим самооговором, являются несостоятельными, поскольку отсутствие адвоката при проверке показаний на месте нарушило право обвиняемого на защиту и послужило основанием для возвращения уголовного дела для производства дополнительного расследования.

 

Указание суда на то, что при применении меры дисциплинарной ответственности не были учтены данные о стаже работы адвоката О., его заслугах и состоянии здоровья, не может служить основанием для освобождения его от дисциплинарной ответственности, поскольку юридически значимым для разрешения данного спора не является.

 

Каких-либо нарушений порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности из материалов дисциплинарного производства не усматривается.

 

При таком положении вывод суда о незаконности решения Совета Адвокатской палаты РО от 23 августа 2013 года о лишении О. статуса адвоката и о восстановлении О. в статусе адвоката Адвокатской палаты Ростовской области судебная коллегия находит неправомерным, а обжалуемое решение - незаконным и необоснованным, в связи с чем, - подлежащим отмене.

 

Судебной коллегией также принято во внимание, что суд при постановлении решения нарушил требования части 3 статьи 196 ГПК РФ, вышел за пределы иска, разрешив исковые требования, которые О. заявлены не были при отсутствии прямо предусмотренных к тому законных оснований.

 

Реализуя предоставленное пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса РФ полномочие, судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, полагает необходимым принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований О. отказать.

 

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

 

определила:

 

Решение Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 6 ноября 2013 года отменить.

 

Принять по делу новое решение, которым О. в иске к Адвокатской палате Ростовской области о восстановлении статуса адвоката отказать.

© Адвокатской палаты
Ростовской области, 2006
+7 (863) 282-02-08, 282-02-09,
344006, г. Ростов-на-Дону,
пр. Ворошиловский, 12, 2-й этаж

Герб Адвокатской палаты Ростовской области

Задать вопрос вице-президенту АП РО Панасюку С.В.

Рекомендации, разъяснения и заключения Научно-методического совета АП РО

Свежий номер журнала «Южнороссийский адвокат»

Подписка на «Новую адвокатскую газету»

Design by Vibe